Герб Джона Роджера

Когда я был еще малышнёй, мой дедушка садил меня к себе на колени и негромко, очень тихо вещал всякие фантастические рассказы.

Все, соединенное в моих воспоминаниях со небылицей, прибыло с коленок "Его величиства", что сам по себе был практически сказкой. В один раз, в то время как я скакал, захватив именитое коленце, прадед рассказал мне о грёзах. "Сны, мой мальчик, - сказал он, -- наследство куда более весомое, чем звание лорда либо наследные имущества. Отметь это, быть может, ты когда-нибудь станешь легитимным наследником, и тогда я завещаю тебе в имущество наш фамильный дурман - сон Густава Майринка". А потом, непонятно понизив глас, он зашептал мне в самое ушко так негромко, как будто бы боялся, что его скомпроментирует атмосфера в помещении, о микролите в одной далекой-далекой стране, достичь которой не в мощи ни один тленный, в случае если только его не поддерживает тот, кто пересилил забвение, и еще о золотой короне с горным камнем, украшающей главу Двуликого... Я думаю, он говорил, об этом Двуликом защитнике марева как об основателе отечественного фамилии либо домовом оракуле... И здесь моя память уже не сильна; следущее потопает в сплошном темном тумане.

Как бы то ни было, а ничего подобного до прошлой ночи мне не снилось! Был ли это сон Хоэла Дата?

Дать ответ ясно на этот интерес я не смог бы, а рассуждать не имело ризона, тем паче что заглянул с новостью мой товарищ Константин Мирcкой, пожилой оценщик из Верейского угла.